Цифры, которые стоит знать
Сводный анализ более двухсот исследований, в которых участники судили о правдивости высказываний по видеозаписи, дал среднюю точность около 54 %.A Случайное угадывание даёт 50. Разница есть, но практически она бесполезна: из каждых десяти лжецов вы опознаете примерно пятерых, и столько же честных людей назовёте лжецами.
Второй результат ещё важнее. Полицейские, таможенники, следователи и другие люди, чья работа связана с распознаванием обмана, в тех же опытах показывали ту же точность, что и студенты, — но существенно большую уверенность в своих суждениях.B Опыт не делает точнее. Он делает увереннее.
Почему признаки не работают
Популярные признаки — отведённый взгляд, прикосновения к лицу, паузы, изменение позы — связаны не с ложью, а с напряжением. А напряжение испытывают и лжец, и честный человек, которого подозревают. Более того, честный человек под подозрением нередко нервничает сильнее: ему есть что терять, и он не готовился.
Сводные данные по десяткам поведенческих признаков показывают, что связь большинства из них с обманом статистически ничтожна.A Несколько признаков имеют слабую связь — например, лжецы дают чуть менее подробные рассказы, — но она слишком слаба, чтобы судить о конкретном человеке.
Признаки, по которым «видно лжеца», — это признаки, по которым видно человека, который боится, что ему не поверят.
Микровыражения и другие мифы
Идея, что ложь выдают мимолётные выражения лица длительностью в доли секунды, популярна благодаря сериалам. Проверки показали, что такие выражения возникают редко, появляются и у честных людей, а обучение их распознаванию не повышает точность суждений об обмане сколько-нибудь заметно.C Похожая судьба у «движений глаз влево или вправо», которые якобы выдают, вспоминает человек или сочиняет: связи не обнаружено.F
Почему это опасно на практике
Представьте отдел из двадцати человек, в котором обнаружена недостача. Руководитель «читает» сотрудников и находит того, кто нервничал. Даже если бы его метод давал 70 % точности — а он даёт 54, — при одном виновном на двадцать человек ложных обвинений будет больше, чем верных: метод чаще срабатывает на честных просто потому, что их больше. Это базовая арифметика редких событий, и она делает «чтение людей» непригодным для любых массовых проверок.
Что делать вместо этого
Проверять утверждения, а не человека
Ложь оставляет следы не в лице, а в содержании: в расхождениях с документами, с показаниями других, с тем, что человек говорил раньше. Проверяемое утверждение — «я был в офисе до семи» — стоит больше любого наблюдения за взглядом.
Дать говорить
Свободный рассказ без наводящих вопросов даёт больше материала, чем допрос. Правдивые рассказы обычно содержат больше деталей, которые можно проверить, — имён, мест, времени, — и человек, который говорит правду, охотнее их добавляет.B
Предъявлять данные в конце
Если у вас есть документы или свидетельства, не показывайте их сразу. Пусть человек изложит версию; затем сопоставьте. Расхождение между свободным рассказом и данными, предъявленными позже, различает версии заметно лучше, чем любые поведенческие признаки.B
Задавать вопросы, к которым нельзя подготовиться
Тот, кто сочинил историю, подготовил ответы на ожидаемые вопросы. Неожиданные — о деталях, которые честный человек помнит, а сочинивший не продумал, — разводят версии.
Что запомнить
- Точность распознавания лжи по поведению — около 54 % при случайных 50; профессионалы не точнее, но увереннее.
- Популярные признаки отражают напряжение, а не обман; напряжение испытывают и честные люди под подозрением.
- При редком явлении даже хороший метод даёт больше ложных обвинений, чем верных.
- Работает проверка утверждений: свободный рассказ, детали, позднее предъявление данных, неожиданные вопросы.